— Однажды я слышал вой… восемь или девять лет назад. Он не походил на вой ни одного известного мне зверя. От него кровь стыла в жилах.

Синг подалась вперёд, явно заинтригованная серьёзным тоном старика.

— На что он был похож?

Он сморщил переносицу, продолжая напряжённо прислушиваться.

— Что-то среднее между волчьим воем и рычанием льва. Протяжный и раскатывающийся эхом. Жуткий.

Кэп не особенно старался подавить улыбку.

— Но это было девять лет назад?

Пик посмотрел прямо ему в глаза без тени улыбки на лице.

— Тогда я слышал вой в первый раз. Но я хотел сказать, что слышал его снова последние несколько ночей. Похоже, воет не одно существо, а несколько сразу, и они чем-то страшно расстроены.

Подобный вздор Кэп читал в бульварных газетёнках, вывешенных на фасадах бакалейных лавок. Он прислонился к стене и сложил руки на груди, лениво скользя взглядом по заставленным полкам за спиной старика.

— Девять лет ни звука, — настойчиво продолжал Пик, — а теперь они поднимают такой шум? Кэп, они же явно воют не на пустом месте. Здесь творится что-то неладное.

Кэп снова встретился с ним снисходительным взглядом.

— Возможно, это волк. Насколько я знаю, волков снова стали разводить на севере.

Хозяин отеля вскинул руки, уступая.

— Хорошо, думайте как вам угодно. Но только сделайте мне одну милость: соблюдайте осторожность.

Кэп кивнул.

— Мы постараемся.

Синг рассматривала витрину, находившуюся прямо под постером. Под стеклом лежали пожелтевшие газетные вырезки, фотографии с запечатлёнными на них загадочными следами, а прямо посередине размещался гипсовый слепок с отпечатка огромной ступни.

— Хм. Взгляни на это.

Кэп опёрся о витрину, беспристрастный и довольный своей способностью сохранять беспристрастность.

— Полагаю, вы свято верите в существование снежного человека?